На фоне налоговой реформы, увеличившей фискальную нагрузку на бизнес, федеральные власти запустили процесс сворачивания мер господдержки малого и среднего предпринимательства. Речь идет не просто об оптимизации бюджета. Эксперты и аналитики констатируют начало демонтажа механизмов, которые долгие годы являлись фундаментом для развития деловой активности в стране.
Финансовый кран перекрыт
Главный удар пришелся на прямую безвозмездную помощь. Согласно исследованию консалтингово-юридического агентства Rodionoff Group, в первом квартале 2026 года господдержку получили 92,9 тысячи предприятий. Это на 6% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. Однако истинный масштаб происходящего раскрывается при взгляде на объемы предоставленных средств. Общая сумма прямой финансовой поддержки (гранты, субсидии, лизинг, инвестиции в капитал, имущественная и инновационная поддержка) сократилась почти вдвое — с 9,6 млрд до 5,5 млрд рублей.
Особую тревогу вызывает сегмент грантов. Это целевые безвозвратные выплаты. Они даются для стартапов и инновационных проектов на запуск без долговой кабалы. Здесь падение, по сравнению с первыми тремя месяцами 2025-го, составило 53% — до 3,1 млрд рублей. Если учесть динамику за три года, то сокращение достигает 84%.
Аналитики Rodionoff Group делают мрачный прогноз. Если темпы снижения сохранятся, то уже через полтора года гранты как массовый инструмент поддержки перестанут существовать в нынешнем виде. Еще одной тревожной «лакмусовой бумажкой» является то, что с начала 2026 года не было зафиксировано ни одного случая предоставления инвестиций в капитал МСП. Тогда как годом ранее получателей насчитывалось 43. Выдача льготных займов также просела на 19%.
Такое положение дел имеет под собой прямую программную основу. Государство сознательно и системно урезает финансирование МСП. В 2025–2030 годах на реализацию федерального проекта «Малое и среднее предпринимательство и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы» из казны направят 329,5 млрд рублей. Это на 21% меньше, чем объем средств, заложенный в паспорт нацпроекта на предыдущие шесть лет (416,2 млрд).
Пресс налоговой реформы
Вся эта картина была бы неполной без понимания контекста. Сворачивание поддержки происходит одновременно с мощнейшим ужесточением фискальной политики. Вступивший в силу с начала 2026 года федеральный закон № 425-ФЗ внес кардинальные изменения. Они фактически перечеркивают саму идею «упрощенки» как льготного режима. Порог годового дохода для применения УСН и ПСН без уплаты НДС снизили с 60 млн рублей до 20 млн рублей. Дальше его снизят еще до 10 млн рублей к 2028 году.
Это означает, что тысячи компаний, которые в 2025 году спокойно работали без налога на добавленную стоимость, сейчас вынуждены встраивать его в свои цены и бухгалтерию. При низкой рентабельности (5–10%) в некоторых отраслях это ставит крест на самом существовании бизнеса. Вдобавок практически отменена льготная ставка по страховым взносам для малого бизнеса. Это еще больше увеличивает нагрузку на фонд оплаты труда. Власти объясняют такие шаги необходимостью наполнения бюджета и борьбой с «дроблением» бизнеса. Но на местах эффект оказывается разрушительным.
Предприниматели уходят в тень
Последствия этого двойного удара — налогового пресса и отзыва «спасательного круга» в виде грантов — не заставили себя долго ждать. И они хорошо видны на региональном уровне. Депутат Заксобрания Краснодарского края Владислав Граф-Колесник недавно выступил с резким заявлением. Он констатировал, что малый и средний бизнес во многих секторах попросту начинает исчезать. Предприниматели потеряли всю подушку безопасности после уплаты налогов за 2025 год и первый квартал текущего. Те, у кого есть свое помещение, просто закрываются, чтобы переждать кризис. Коммерческая недвижимость пустует. Многие сокращают рабочие недели до трех-четырех дней с пропорциональным урезанием зарплат.
Парламентарий также указал на массовый уход бизнеса в теневой сектор. «Налоги задушили предпринимателей настолько, что они предпочитают работать за наличный расчет. То есть не пробивают чеки», — отметил он.
