Предпосылок для улучшения ситуации с бензином в Краснодарском крае не видят ни эксперты, ни официальные лица.
С началом сентября пойдёт третий месяц продолжающегося топливного кризиса в регионе, при этом дефицит бензина продолжает расти. Официальные лица и эксперты не прогнозируют улучшения ситуации в ближайшее время, ожидая дальнейшего роста цен на топливо.
Топливный кризис длится два месяца
К концу лета вторая волна топливного кризиса сохраняется в Краснодарском крае. И если подорожавший за лето дизель есть практически на всех АЗС Кубани, то бензин стал дефицитным как никогда. В Краснодаре, Новороссийске, Крымском районе и многих других муниципалитетах наблюдается минимальное количество автозаправок с наличием топлива за последние два месяца. В Геленджике порой бензин пропадает совсем.
Всё это происходит на фоне максимального замалчивания ситуации властями. Ранее топливный кризис публично прокомментировали несколько мэров, которых можно пересчитать по пальцам одной руки. Сейчас администрации городов и районов Кубани ограничиваются ежедневными публикациями данных о работающих АЗС. Некоторые запустили электронные сервисы, где можно в режиме онлайн искать бензин на заправках. Большинство глав муниципалитетов вообще никак публично не замечают происходящее.
Губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев нашёл возможность лишь единожды заговорить про топливный кризис с начала августа. Тогда глава региона просил у правительства наращивания поставок топлива на Кубань. Судя по очередям у АЗС и сокращению их количества с бензином, помощи в достаточном количестве из федерального центра не пришло.
Сам Вениамин Иванович с тех пор о бензине молчит. Хотя находит время порассуждать о том, как в рамках успешного импортозамещения в Сочи вырастили 150 кг бананов, или делится мыслями о перспективах развития кубанской журналистики.
За время топливного кризиса федеральные власти запретили экспорт бензина, разрешили реализацию топлива устаревших экологических стандартов, закупают его из-за рубежа. Но улучшений с наличием бензина в Краснодарском крае не наблюдается. Между тем третью неделю подряд растут цены на бензин и дизель. А на этой неделе пойдёт третий месяц с начала топливного кризиса. Никаких утешительных прогнозов по его разрешению представители власти не делают, стараясь просто его не замечать.
Почему меры властей не ликвидировали дефицит бензина?
Поскольку чиновники молчат, мы поинтересовались видением развития ситуации у кубанского экономиста Романа Иноземцева. Ранее он предугадал, что топливный кризис затянется надолго.
— Прошло недостаточно времени, чтобы восстановить все повреждённые объекты ТЭК. После первой волны топливного кризиса ВСУ приступили к массированной кампании по поражению новых объектов и уже отремонтированных. Этого многие не заметили на фоне информационного шума по поводу ударов по «Вайлдберриз». Тем временем атаки по объектам ТЭК продолжались, когда ранее вышедшие из строя ещё не успели отремонтировать.
К сожалению, разрушить объекты инфраструктуры гораздо быстрее, чем их восстановить. Поэтому и получается, что прикладываем усилия по стабилизации ситуации, а проблема только усугубляется. Каждое попадание приводит к месяцам ремонтных работ.
Почему на Кубани самый тяжёлый топливный кризис?
Роман Иноземцев назвал несколько причин.
— В Краснодарском крае проживает всё-таки больше населения, чем во многих регионах ЮФО. Из-за ещё больших проблем с топливом на Кубань продолжают ехать за бензином жители Крыма. Плюс увеличился приток автомобилей в туристический сезон. Есть ещё нюанс и в географическом расположении Кубани. Чтобы ударить БПЛА по объектам соседней Ростовской области, им необходимо преодолеть зоны работы ПВО в ДНР и ЛНР, а потом в самом регионе. А в Краснодарском крае объекты ТЭК атакуют со стороны Чёрного моря, перегружая большим количеством БПЛА имеющиеся средства ПВО. Нескольких зон ПВО перед побережьем нет, в отличие от других регионов РФ.
Зачем молчат о проблеме чиновники?
Экономист объяснил и замалчивание дефицита топлива со стороны чиновников.
— Я это связываю с тем, что у нас есть чёткое разделение компетенций между гражданскими и военными. Соответственно, гражданские служащие справедливо рассудили, что причина проблемы лежит вне их компетенции. И не хотят утруждать себя заявлениями, подставляясь под критику со стороны населения. А у военных свои задачи.
Как будет развиваться топливный кризис?
К сожалению, Роман Иноземцев причин улучшения ситуации с бензином в Краснодарском крае в ближайшее время не видит.
— Предполагаю, что у нас может трансформироваться потребление топлива. То есть люди начнут больше ходить пешком, хотя для многих это тяжело в связи с состоянием здоровья. Или у кого-то специфика работы такова, что человек не может отказаться от автомобиля и пользоваться общественным транспортом. Среди отдельных категорий граждан потребление топлива снизится просто потому, что люди начнут считать деньги и своё время. Во-вторых, закончится сезон отпусков. То есть уменьшатся длительные частные поездки. Однако общую картину всё это не изменит и будет носить локальный характер. Только прекращение поражений объектов ТЭК может привести к нормализации ситуации через месяцы восстановительных работ. А судя по заявлениям политиков, удары по гражданской инфраструктуре никто прекращать не собирается. Наоборот, к сожалению, их планируют только наращивать. При этом цены на топливо с растущим дефицитом бензина продолжат расти. Причём по мере усугубления ситуации рост будет лишь ускоряться.
Макроэкономический фактор
По мнению экономиста, затяжной дефицит бензина отчасти связан с многолетней политикой государства в нефтяной сфере.
— Страна живёт за счёт доходов с нефти, но при этом десятилетиями категорически отказывалась вкладываться в передовые технологии бурения и развивать современные достижения в нефтепереработке. Причём это наблюдается ещё со времён свержения монархии в России. До революции всячески поддерживали развитие нефтепереработки, даже первую Нобелевскую премию вручали именно за прорывные технологии в этой сфере. Всячески поощряли инженеров и учёных создавать и внедрять новые технологии, связанные с нефтью и нефтепродуктами.
С приходом советской власти коммунисты развернули репрессии в отношении учёных и деятелей науки. И, естественно, «буржуев», которые спонсировали развитие науки. Хотя Германа Стерлигова часто критикуют за громкие заявления, но он вывел правильную причинно-следственную связь: есть капитализм — есть наука. А нет капитализма — нет и науки.
По наблюдениям Романа Иноземцева, современная нефтянка «живёт» по принципам, заложенным в советские годы.
— Всё советское время мы жили на западных технологиях. Американцы во времена НЭПа и индустриализации привезли технологии. С их помощью построили объекты нефтяной промышленности. Если какое-то оборудование для нефтедобычи и нефтепереработки в СССР и производилось, то оно было максимально простейшим. Результаты в модернизации нефтяной промышленности достигали за счёт импортного оборудования. При этом нефть кормила всё советское государство. Такие подходы в современной России никуда не делись. Многие современные российские нефтяные компании частично «расхлёбывают» советское наследие. Причём не особо бодро.
«Нефтяная промышленность оказалась в плачевном состоянии»
Экономист считает, что долгие сроки ремонта объектов ТЭК частично связаны с отсутствием производства отечественного оборудования.
— И сейчас, когда объекты ТЭК подверглись ударам БПЛА и вышли из строя, отечественного оборудования для замены вышедшего из строя не оказалось. Вместо этого федеральные власти вернулись к устаревшим стандартам производства топлива. Хотя у многих сведущих в нефтяной промышленности специалистов годами возникал вопрос задолго до начала СВО: почему в стратегически важнейшей экономической отрасли страны ставка делается на импортное оборудование? Это привело к тому, что повреждённое «копеечным» БПЛА многомиллионное оборудование мы вынуждены ремонтировать месяцами. Что и привело к затянувшемуся топливному кризису.
Роман Иноземцев привёл примеры мировой практики.
— А вся причина в том, что у нас есть многолетний опыт наплевательского отношения к нефтепереработке, нефтедобыче и всему, что связано с нефтью. И люди, которые громче всех говорят о том, что Россия — это энергетическая сверхдержава, сделали всё, чтобы у нас нефтяная промышленность оказалась в плачевном состоянии.
Я знаю НПЗ, которые закупают оборудование в Корее! В стране, которая никогда не добывала и не добывает нефть. Она, как технологическая держава, состоялась у нас на глазах несколько десятилетий назад. Если производство оборудования в Италии ещё можно объяснить исторически сложившейся инженерной школой, то в той же Корее или Японии ничего подобного не было. Но сейчас мы покупаем нефтеперерабатывающее оборудование в Корее! Потому что мы его никогда сами не производили и делаем всё, чтобы оно у нас не производилось и в будущем.
